Венесуэла: что дальше и почему всё сложнее, чем захватить Мадуро

В октябре я написал о том, что Трампу нравится идея захвата главы латиноамериканского картеля в его дворце в стиле Чака Норриса.
Так и вышло. Однако такой захват красиво смотрится по телевизору, но реальность в целом немного сложнее.

Проблема в том, что Мадуро это не причина, а функция системы, которая сложилась задолго до него и прекрасно умеет жить без конкретных фамилий. Появление самого Мадуро вместо харизматичного Уго Чавеса яркое тому подтверждение.

Эта система держится на трех китах: военные, контроль над рентой (будем считать, что нефтяной) и санкции, которые не разрушают страну, а сплачивают элиты.

Поэтому уход Мадуро не открывает дверь в некую новую Венесуэлу, а лишь создает неопределенность. Которая может обернуться хаосом, но совсем необязательно.

Как мы до этого дошли?

Венесуэла классический случай «ресурсного проклятия». Страна с крупнейшими в мире запасами нефти десятилетиями жила в уверенности, что нефть все оплатит.

При Чавесе и высоких ценах на нефть это работало неплохо, последние 10-12 лет всё хуже. Вытеснение профессионалов, деградация инфраструктуры, зависимость от импорта даже в нефтяной отрасли привели к падению добычи с 3,45 млн б/с на пике в 1997 году до примерно 1 млн б/с сейчас.

Уже к моменту прихода Мадуро к власти в 2013 году сложившаяся система была милитаризованной и удивительно устойчивой к внешнему давлению.

Что может быть после Мадуро

1⃣Сценарий первый: «мадуризм» без Мадуро

Самый вероятный и самый скучный. Какая-то переходная фигура из текущей элиты, например, Делси или Хорхе Родригес, с обещаниями выборов и диалога с оппозицией.

Для страны это означает отсутствие коллапса, вялотекущие переговоры с США, косметические реформы, а для элиты — сохранение контроля.

2⃣Сценарий второй: силовики у руля

Кто-то из тяжеловесов, вроде Диосдадо Кабельо или Падрино Лопеса, опирающийся на армию и спецслужбы. Цинично, но логично. Если власть это контроль над силой, то такие фигуры становятся хорошими переходными вариантами.

По сути, вариант отличается от первого лишь чуть большим силовым уклоном.

3⃣Сценарий третий: выборы и хаос

Оппозиция, выборы, возвращение изгнанников, овации Запада. Именно такой сценарий чаще всего рисуют в западных заголовках, и именно он наименее реалистичен без внешнего управления.
Проблема в отсутствии рычагов: ни армии, ни спецслужб, ни денег, ни управляемой экономики. В реальности такой сценарий почти гарантирует период хаоса.

Трамп уже успел заявить, что США решат, кто будет управлять Венесуэлой дальше.

Что ж, посмотрим. Я бы не был столь самоуверен. В Латинской Америке с некоторых пор появились и другие крупные игроки, помимо США, у которых может быть свое мнение и ресурсы, чтобы обеспечить свои интересы.

И это не только Россия, активно инвестировавшая в Венесуэлу, но и Китай. О его роли и о том, чем американский рейд может грозить рынку нефти, поговорим далее.

Что будет с нефтью завтра

Политически в Венесуэле пока все идет по базовому сценрию. Вице-президент страны Делси Родригес привели к присяге, она долго говорила с Марко Рубио, Трамп заявил о готовности работать ней.

Внешне выглядит так, как будто кроме переезда Николаса Мадуро из президентского дворца в Каракасе в следственный изолятор в Нью-Йорке, ничего не изменилось.

Но есть нюанс. Трамп даже не намекает, а открыто говорит о том, что с любым представителем политической или военной элиты Венесуэлы может случиться то же, что и с Мадуро.

До тех пор, пока возразить Донни по этому поводу некому, придется такую перспективу учитывать. Поэтому Трамп уже рассуждает о том, как американские нефтяники потратят миллиарды в Венесуэле.

Если он спросит самих нефтяников, то они, разумеется, скажут ему, что всегда готовы. Но реальность куда прозаичнее.

У страны разрушена инфраструктура, отсутствуют прозрачные правила игры, не решен вопрос собственности и компенсаций за прошлые национализации.

По сути, единственный, кто работает в Венесуэле прямо сейчас, — это Chevron, и то его интерес пока сводится, скорее, к возврату долгов, чем к масштабным инвестициям. А для них нужны не только годы политической стабильности в Венесуэле, но и уверенность в том, что американская администрация через 2–3 года не потеряет к ней интерес.

Так что опасаться того, что крупнейшие в мире запасы вернутся на рынок в значимом объеме в обозримом будущем не стоит.

А что завтра?

Поскольку стреляли недолго и уже перестали, то скачка цен на нефть может и не быть. Тем более что потенциальный избыток нефти в 2026 году, который МЭА оценивает в 3,8 млн б/c, значительно превышает объем текущей добычи Венесуэлы (чуть ниже 1 млн б/c).

Однако сама ситуация с похищением президента суверенного государства говорит о том, что геополитическая нестабильность усиливается. И задевает она не только Венесуэлу. Неизвестно, к чему могут привести массовые протесты в Иране. О готовности прийти на помощь протестующим Трамп уже высказывался.

Параллельно Саудовская Аравия «сцепилась» с ОАЭ в Йемене. И все это накануне встречи ОПЕК+, которая пройдет сегодня. Там никаких сюрпризов не ожидалось, и даже жаркие выходные вряд ли что-то изменят.

Тем не менее, шортить нефть на таком геополитическом фоне неуютно. Я не исключаю, что некоторая часть шортов все же будет закрыта и какой-то рост мы увидим. Но с учетом слабого фундамента уровень в $63–65 за баррель Brent пока видится практически непреодолимым.