Ни инфляция, ни высокие цены на бензин не могут заставить бывших сланцевых революционеров пересмотреть приоритеты. Доходы инвесторов гораздо важнее потребителей, страдающих от самого быстрого за поколение (или два) роста цен.

При росте цен на нефть почти до $100 за баррель логично и естественно ожидать увеличения буровой активности по всем основным сланцевым регионам от Техаса до Северной Дакоты. Однако такие влиятельные игроки индустрии, как Pioneer Natural Resources, Devon Energy и Continental Resources подтверждают планы наращивания бурения не более, чем на 5% в 2022 году. До пандемии они росли на 20% в год при более низких ценах.
«Не важно, нефть по $150, $200 или $100 (в таком порядке), мы не изменим наших планов», – заявил СЕО Pioneer Скотт Шеффилд в эфире Bloomberg TV. «Даже если президент хочет от нас большего, я просто не думаю, что индустрия может обеспечить это.»
Эти заявления контрастируют с планами глобальных мейджоров Exxon Mobil и Chevron, которые собираются увеличить сланцевую добычу на 25% и10% соответственно.
Стало быть, нарастить добычу можно при желании и деньгах.

Деньги у сланцевиков сейчас по понятным причинам есть, а вот желания не просматривается. Слишком свежи и тяжелы травмы от погони за ростом доли рынка в предыдущие годы. За последние 5-6 лет такая стратегия дважды уже приводила к обвалу цен и потерям для инвесторов.
Поэтому теперь независимые производители ведут себя подобно картелю, искусственно сдерживая себя и предпочитая зарабатывать на высоких ценах, а не объемах. А заработанное распределять между инвесторами, выкупать акции. Параллельно стремиться снижать издержки, но не вкладывать в рост.
Это новая парадигма.

По оценке IHS Markit, сланцевики сейчас легко могли бы добавить порядка 2 млн баррелей в день, но предпочитают кивать на ОПЕК, у которой пока остается около 5 млн б/д свободных мощностей. В реальности, вероятно, меньше. Но ненамного.
Возможно, независимые производители ждут момента, когда им не придется каждый день опасаться того, что ОПЕК выбросит на рынок миллион-другой баррелей и уронит цены. Потому что сейчас надо хеджироваться, а это стоит денег. Тот же Pioneer на раз подвергался критике аналитиков за потери от хеджирования.
С другой стороны, заявления о том, что даже $200 или $150 за баррель не заставят изменить планы, это опять-таки случай так называемого вранья. Никакая дисциплина не выдержит такого соблазна. Так что ограничение сверху для роста цен на нефть определенно есть, и даже может быть ближе, чем кажется.

Тем не менее, $100 мы увидеть должны. Прямо сейчас сланцевики не помогают опускать цены. Помешать росту до трехзначных цифр может только сочетание иранской сделки, быстрого замирения России с Западом одновременно с решением большинства проблем с добычей ОПЕК. Верится в такое развитие событий с трудом.

Рост цен на нефть в начале 2022 г. стал определенной неожиданностью.

Мы уже не раз писали о причинах, но по мере того, как цена Brent берет очередной рубеж: $80, $85 и вот теперь $90 за баррель, хочется снова порассуждать о том, пик это или нет.

В декабре считалось, что рост добычи ОПЕК и за пределами картеля, продажа стратегических резервов рядом потребителей и ковидные ограничения приведут к избытку нефти на рынке в 1 квартале до 3 млн баррелей в день. И профицит сохранится до конца года с соответствующим влиянием на цены.
Но все пошло не по плану.

Влияние омикрона на спрос было небольшим и краткосрочным. Добыча отстает от планов, часть членов ОПЕК даже не может обеспечить производство по старым квотам. И в целом по миру из-за многолетнего недоинвестирования добыча растет не так быстро, как могла бы при таких ценах.
Ну и геополитика, куда же без нее. Когда базовый сценарий на рынке меняется так быстро, случаются такие резкие движения, как мы сейчас наблюдаем.

Так пик это или нет?

Если напряженность в отношениях России и Запада начнет спадать, это может стать поводом для коррекции. Но вряд ли стоит ждать устойчивого ухода цены к $70 за баррель. Фундаментальные проблемы с добычей дадут о себе знать. Свободные мощности, которые сейчас есть у ОПЕК, будут сокращаться. Фактор стратегических резервов станет играть в пользу роста цен: сейчас продают, во втором полугодии будут восполнять.
Поэтому скорее мы увидим $100 за баррель, чем $60. Что очень неплохо для компаний нефтегазового сектора, и добывающих, и сервисных.

Выделять лучшего здесь не стоит, но и гиганты (Exxon Mobil, Chevron), и сланцевики (Occidental Petroleum, Pioneer Natural Resourses и прочие) в этом году, вероятно, будут одними из лидеров рынка. Кстати, большинство из них платит неплохие дивиденды. Как и нефтесервисные компании. Haliburton, например, показал сильные результаты за 4 квартал и поднял дивиденды на прошлой неделе.

И в завершение. Америка ищет варианты замещения российской нефти. Как говорится, на всякий случай. Один из возможных бенефициаров процесса – Иран. Переговоры, вроде, продолжились. Причем американцы уже начинают торжествовать.

Думаю, радость раньше времени. И саудиты, и израильтяне костьми лягут, но не дадут этому соглашению имплементироваться.
Впрочем, посмотрим. Однако надо понимать – иранская нефть НЕ СМОЖЕТ заменить российские объёмы. Да и, если откровенно, Иран и так добывает нефть и тихо ее поставляет с большими дисконтами тому же Китаю.